Блондинка любит кино, кухню и кататься (tuteyshaya) wrote in by,
Блондинка любит кино, кухню и кататься
tuteyshaya
by

Владимир Орлов: Крепость и её жители

Оригинал взят у starcom68 в Владимир Орлов: Крепость и её жители
Настоящая статья написана Владимиром Орловым по результатам первичного обобщения материалов Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА) по теме: история крепости Брест-Литовск. Статья не претендует на исчерпывающую полноту и далеко идущие исторические выводы. Ее жанр можно определить скорее не как полноценное исследование, а как некий "конспект", написанный по свежим впечатлениям от знакомства с архивными материалами. Автором сделана попытка, на материалах РГВИА раскрыть взаимоотношения городского населения и крепости, а также развеять ряд устоявшихся мифов. Исследовательские работы в РГВИА проводятся группой инвентаризации и документации в рамках проекта "Брест 2019". Данная статья является побочным результатом исследований и представляется нам любопытной для широкого круга читателей, интересующихся историей крепости Брест-Литовск и города.
Алексей Старков.
"Забытые крепости ХХ века"

Владимир Орлов
Крепость и её жители
Краткая историческая справка о перенесении древнего города Бреста на новое место.


Сразу после окончательного раздела Речи Посполитой стали разрабатываться проекты усиления новой западной границы Империи. В этих проектах Бресту уделялось далеко не последнее место – очевидно, что в начале XIX века генералитет Российской армии разделял высказаное сто лет до этого мнение Фельдмаршала графа Маврицкого Саксонского, который в своём сочинении «Mes Veveries» так охарактеризовал военное значение Бреста: «Кто владеет в военное время этой твердынею, тот может иметь великие выгоды над прилегающею страною».


Фрагмент плана с предложением укрепить Брест-Литовск за подписью Оппермана. 1830 год. Из фондов РГВИА

Один из первых проектов укрепления Бреста был составлен Инженер-генералом графом Сухтелем в 1807 году. В рамках этого проекта «предполагалось сохранить каменные внутри крепости здания и даже дальний по Кобринской стороне Тринитарский монастырь, включаемый в отдельный люнет», что неоднозначно указывало на ничтожные шансы большинства жителей Бреста сохранить своё жильё. Впрочем, этот проект так и остался на бумаге.
К 1810 году город выглядел следующем образом: на главном острове существовало 3 монастыря, 1 церковь, некие развалины, 2 школы, 1 таможенный дом, рынок, всего по 7 улицам 8 каменных домов (кроме монастырей) и 130 деревянных. В Волынском предместье существовали остатки древнего пятиугольного замкового укрепления на оконечности мыса, состоявшего, «как было видно по развалинам, из 5 бастионов, из них 2 обращены были к югу, а прочие три к северу, западу и востоку и один полубастион при реке Буг где при куртине был пруд», три монастыря (в том числе один греко-русский деревянный) 3 каменных и 100 деревянных домов, близ предместья – кирпичный завод. На малом отсрове между главным островом и Кобринском форштатом был 1 монастырь, 3 каменные и 16 деревянных домов по 3 улицам. В предместье «Пяски» - 1 монастырь, 1 частный магазин, остров, 1 каменный и 47 деревянных домов. Наконец, в Кобринском предместье был расположен один монастырь и по 5 улицам 1 каменный и 85 деревянных домов. Близ этого предместья по дороге в Каменец находился большой провиантский магазин, а по дороге к Кобрину малый провиантский магазин, госпиталь и пороховой погреб. Необходимо отметить, что восемь лет до этого на главном острове города случился пожар, от которого сгорело 180 домов – возможно не все жильё ещё было отстроено.
Перед самой Отечественной войной 1812 года относительно Бреста принимаются два «высочайшие» решения – 13 июля 1811 года был утвержден проект «о построении вновь города Брест-Литовска», который предусматривал возведение по главному острову 19 застраеваемых кварталов, на острове вправо – 4 кварталов, в Кобринском «форштадте» (предместье) – 24 кварталов, по Волынской стороне с оставлением древнего замка – 18 кварталов. Примерно в тоже время флигель-адьютант полковник Иван Барклай-де-Толи подготивил предложения «об устроении Бреста постоянным сборным местом для 20 000 корпуса войска», однако начавшееся вторжение армии Наполеона поставило крест на обеих проектах.
Война плохо отразилась на численности жителей - в 1814 году в Бресте Литовском имелось 553 двора, 1795 жителей, 80 лошадей и 325 рогатого скота. Однако мирное время вернуло город на вектор развития – уже 1822 году по сведениям военно-топографического Депо «в Бресте было 10 каменных церквей и 3 деревянные, 550 домов, в том числе 17 каменных, жителей обоего пола до 7800 человек, из них жидов мужского пола 3392, женского 3525». Основным источником дохода жителей Бреста была торговля и рыбная ловля.
Завершение наполеоновских войн в Европе позволило политическому и военному руководству Российской империи вернуться к проектам усиления западной границы, причём тема укреплений Бреста сново была на знаковом месте – различные проекты фортификаций на слиянии Буга и Муховца разрабатывались в 1823, 1825, 1827 годах, однако их реализация откладывалась.
В ночь с 27 на 28 июня 1828 года в городе случился сильный пожар, от которого сгорело 220 строений, в том числе Греко-Униатская церковь, монастырь монахинь Бригиток, 150 лавок и 5 еврейских школ. 2807 человек остались без жилья, для облегчения их участи Великий князь Константин Павлович «принял меры».
В марте 1828 года в следствии Высочайшей воли Инженер-Генералом Опперманом составлен был предварительный проект укреплений Брест-Литовска, «располагаемый таким образом, чтобы по построении их первоначально ввиде временных, постепенно можно было обращать оные в долговременные с употреблением в построении крепости в 2 года ежедневно по 1000 топоров, 7000 солдат и 1000 лошадей». В конце того-же года инженер-полковником Фельдманом была произведена трассировка укреплений по сему проекту.
В 1830 году в проект были внесены незначительные изменения, учреждена первоначально временная инженерная команда, позже разрешено учреждение в Бресте постоянной инженерной команды 1-го класса, приступлено к сформированию 2-х военно-рабочих рот в усиленном составе, а арестантских рот – по мере возможности. Польское восстание 1831 года остановило процесс создания постоянных укреплений, но ускорило возведение временных.
Примечательно, что именно польское восстание и спешное возведение временных укреплений в Бресте стало отправной точкой «конверсии» бывших городских строений в оборонительные военные сооружения – среди множества построеных временных укреплений, сильнейшим было укрепление на Кобринской стороне, созданое «из каменной стены еврейского кладбища, приспособленной для обороны, с линиями палисадов по обе стороны и составляющей центральное по Кобринской стороне укрепление, при коем предполагалось иметь 10 орудий и 500 человек». На Волынской стороне «при ограде каждого монастыря помещено было по 1 орудию для обстреливания улиц и по 250 человек. От стены одного из монастырей устроена была засыпка до берега реки Муховца и под оной же стеной построена была батарея на 1 орудие». В 1831 году город фактически стал крепостью – дороги были закрыты палисадами, мосты подготовлены к уничтожению.
Точка невозврата в теме милитаризации Бреста была пройдена – вскоре после подавление восстания, 30 марта 1833 года был высочайше утвержден исправленный генеральный план проекта Брест-Литовской крепости и детальные планы – казематам, укреплениям Кобринскому и Тереспольскому. 26 мая того-же года генерал фельдмаршал князь Варшавский прибыл в Брест, на другой день в 8 утра осмотрел разбивку всех укреплений, затем - полки 9 пехотной дивизии и приказал начать строительные работы с усилением их прибавкою людей от 9-ой дивизии. 6 июня 1833 года после молебна произошло официальное открытие работ, буквально в тот-же день рабочие начали отсыпку крепостных верков Кобринского укрепления и 3-х люнетов Тереспольского, а также к приспособлению занятия гарнизоном Базилианского, Бригитского и Августинского монастырей.
Впрочем, ошибкой будет полагать, что жители Бреста куда-то делись – они продолжали жить в своих домах, торговать в своих лавках и учиться в школах. Что касается культовых зданий, то гарнизон будущей крепости занял все католические церкви и монастыри, при этом православная церковь и синагога продолжали действовать – к этим культовым учреждениям официальные власти не имели никаких претензий, да и не факт, что хоть в одном здании католических монастырей находился хоть один монах или священник – множество католических организаций в Литве, западной Белоруссии и Польше были упразднены за активное или пассивное участие в восстании 1831 года.
С каждым последующим годом работы по возведении крепости развивались – в год осваивалось от 300 до 500 тысячь рублей, в будущей крепости отсыпались валы, возводились ворота, в 1834 году бывший Тринитарский монастырь был превращён в казармы военно-рабочей роты (аналог советского стройбата J ), в том же году поменял свою функцию женский бернардинский монастырь.
В ночь с 31 мая на 1 июня 1835 года на цитадельном устрове случился очередной пожар – сгорело 156 частных домов, а также бывший Базилианский монастырь, к тому времени обращёный в казарму, занимаемую военным госпиталем. 7 Октября 1835 года строящуюся крепость посетил государь Император Николай I, вскоре после этого визита была создана комиссия «по оценке откупаемой в государственную общественную пользу земли при Брест-Литовском», составлено соображение о расположении и построении «форштатов» - фактически на самом высшем политическом уровне было принят ряд важных решений – крепость должна превратиться из строительной площадки в способное к обороне укрепление в течении ближайших трёх лет, строительство новых частных домов внутри крепости было запрещено - иначе говоря, решение о переноса города Бреста в новые места было принято. Для постройки новых домов в местах переселения была выделена государственная ссуда в 150 000 рублей – что являлось половиной годового бюджета крепости. В 1836 году император разрешил 70 000 рублей этой ссуды – тоесть фактически половину её разделить «беднейшим жителям, после пожаров туда переселяющимся ... безвозвратно».
В ноябре 1841 года было объявлена высочайшая воля Императора – все евреи и владельцы деревянных домов должны выселиться из крепости к 1 января 1843 года, а владельцы каменных домов – к 1 января 1844 года. Таким образом, на переселение и строительство либо приобретение нового жилья отводилось от года до двух.
Изходя из этих известий, те жители города Бреста, которым посчастливилось не пострать от пожаров, продолжали оставаться в своих домах ещё год - два. Новая беда пришла в город 21 мая 1842 года – в цитаделе произошёл очередной пожар, очагом которого был...сарай с городскими пожарными инстументами. В результате этого пожара «сгорела 6 каменных и 18 деревянных обывательских домов а также обгорела крыша на флигеле инженерного дома». В этом же году в ещё недостроенной крепости, на валах, возведённых на месте бышего замка был поднят крепостной кайзер-флаг, а с валов новейших укреплений были произведены первые салютационные выстрелы – крепость официально вступала в свои права.
В 1845 году крепость вновь посещает Николай I. К первому ноября этого года владельцам 33 частных каменных домов выплачиваются денежные компенсации, а сами дома сносятся. В 1846 году в крепости проводится первая «военная реконструкция» - при наблюдении генерала-фельдмаршала Графа Паскевича Ереванского была произведена примерная оборона крепости с тенали и 1-го бастиона Кобринского укрепления.
В 1848 году крепость была приведена в обронителное положение – на валах и в капонирах было установлено охранительное вооружение, кордегардии ворот заняли дежурные части, а все выходы и выезды из крепости были прикрыты палисадами, барьерными воротами и блокгаузами с караулами. О нахождении внутри крепости гражданских не могло идти и речи. Поэму когда в 1850 году крепость посетили император, наследник цесаревич и великие князья Николай и Михаил – их взору предстали новенькие крепостные здания, словно по линейке насыпанные крепостные валы, солдаты и офицеры крепостного гарнизона, да кадеты Бресткого кадетского корпуса.
Отношение крепости и города лаконично описывает уроженец Бреста Х. Зоненберг, автор книги «История города Брест-Литовска, 1016 – 1907» - «На месте старого города стоит первоклассная крепость, живущая совершенно другой жизнью, отделенной от городской, военною. Крепость не связана с городом почти ничем. Бывают знакомства, есть связи торговые, деловые и также дружеские но не общежития. Крепость имеет свои специальные нужды, увеселения, клубы, учебныя заведения, медицинскую помощь, лавку и почти все нужное можно достать в самой крепости, поэтому нет случаев надобности, бывать в городе крепостной многотысячной военной людности и иметь там связи, и только по праздникам являются. Тоже мало бывают городские жители в крепости, куда впускают теперь только по билетам. Словом, город и крепость—два близкие, но совершенно разделенные города. Впрочем, провизия и припасы идут через руки брестских и тереспольских подрядчиков».
По прошествии стольких лет невозможно установить, были ли пожары в городе Бресте накануне и вовремя строительства крепости случайными или запланированными – в результате вынужденного переселения жители города получили каменные дома взамен деревянных, город современный взамен средневекового.
Источник: РГВИА:  Формуляр крепости Брест-Литовск с 1015 по 1896 год.

Владимир Орлов
Каунас – Брест – Москва 2013
Цит. по ibrest.by

Tags: брест, брестская крепость, брэст, брэсцкая крэпасць, гісторыя беларусі, история беларуси
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments