palitekanom (palitekanom) wrote in by,
palitekanom
palitekanom
by

Чаргінец: "Мы разлічвалі на крэдыт"

Вось што распавёў тав. Чаргінец у сённяшнім эфіры радыё "Эхо Москвы"

Ситуация вокруг поставок российского газа

А. ПЛЮЩЕВ: Николай Чергинец у нас на линии, председатель комиссии по международным делам национальной безопасности Совета республики национального собрания Белоруссии. Николай Иванович, добрый день.

И. МЕРКУЛОВА: Добрый день.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Здравствуйте.

И. МЕРКУЛОВА: Вы знаете, у нас тут дискуссия просто, и по смс, и в эфире развернулась, никак не можем мы договориться, для нас белорусы – это браться или нахлебники?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Для тех, кто бы хотел видеть в лице белорусов не нужных им людей, конечно, мы нахлебники. К таким людям, которые стоят, я считаю, в авангарде, является, скажем, господин Жириновский, который дошел до того, что сказал, что белорусы просто легли под немцев, под фашистов, таким образом…

И. МЕРКУЛОВА: Это…

Н. ЧЕРГИНЕЦ: …помогали.

И. МЕРКУЛОВА: Во время войны, что ли, да?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Да, в годы второй мировой войны, забыв о том, что жизнь каждого третьего белоруса отдана в боях с фашистами за общую свободу, российского, белорусского, всех народов бывшего Советского Союза. Т.е. для таких людей, конечно, они найдут и эпитеты, и оскорбительные обвинения в адрес Белоруссии. Но для подавляющего большинства России, конечно, народ Белоруссии для них – братский народ. Так же, как и для народа Белоруссии является братским народ России.

А. ПЛЮЩЕВ: Проясните нам, пожалуйста, ситуацию, мы помним всю эту историю с полугодовой давностью, когда решали, по каким ценам продавать газ, как там обходиться с транзитом и т.д. Вроде бы тогда договорились. Каким образом через полгода?

И. МЕРКУЛОВА: Снова возникает та же проблема.

А. ПЛЮЩЕВ: Выясняется так, да, что есть какая-то недоплата, если она есть, мы-то знаем ситуацию так, как нам ее излагает «Газпром», как выясняется, платили только за половину газа, что «Газпром» вынужден говорить, что мы перекроем газ, не перекроем, а вдвое снизим поставки. Как так получилось?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Да, действительно, «Газпром» устами своего пресс-секретаря или руководителя пресс-центра «Газпрома» господина в валенках, если вы помните, его показывали в начале этого года и в декабре прошлого, выходя чуть ли ни в смокингах, но выглядел весьма интересно в этих валенках, как всегда, обвиняет Беларусь в чем-то. Надо признать, что здесь есть и доля правды. Ведь, действительно, Беларусь задолжала приблизительно 450 млн. долларов США за газ. Это произошло из-за того, что когда достигли договоренности об увеличении стоимости газа, то и пошел разговор о том, что Беларусь получит кредит в сумме полтора миллиарда долларов, из этого строился весь баланс расчетов Белоруссии на международной арене. В последний момент в России сработали какие-то рычаги, начали откладывать выделение этого кредита, начали тормозить процесс его движения вперед. Как мы знаем со слов господина Кудрина, уже сейчас речь идет о том, что раньше осени этого кредита не будет. Это и создало определенные сложности для белорусской экономики, потому что несмотря на то, что у нас есть определенные успехи в решении экономических проблем, плюс к этому добавить то, что продали определенную часть «Белтрансгаза», так сказать, трубопровода, России, и, конечно же, появились какие-то дополнительные средства, но все они были просчитаны для того, чтобы работать на экономику. И пришлось срочно, в связи с тем, что мы убедились, что Россия не дала эти полтора миллиарда обещанных, срочно перекраивать все наличные деньги, изыскивать резервы для того, чтобы рассчитаться с Россией. Что и было сделано, я считаю, по указанию президента, немедленно было сделано, такой ход, были изысканы деньги, конечно, расчет уже, я так понимаю, начался.

И. МЕРКУЛОВА: Николай Иванович, тогда как вы объясните такое эмоциональное выступление вашего президента Александра Лукашенко о том, что он обвинял Россию в том, что она хочет Белоруссию приватизировать, он говорил о том, что Москва задолбала Минск, это я цитирую, зачем тогда, к чему такие эмоциональные выражения? Они же только осложняют дело.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Я вам скажу. Если вы обратили внимание, Лукашенко не подвергал критике уже персонально никого. Он не подвергал критике в целом страну, он четко сказал, что надо понимать разницу между российским народом, с которым у нас сложились хорошие отношения, братские отношения, и с теми некоторыми отдельными политиками, которые создают это давление в отношении Белоруссии. Здесь есть подтекст, давайте прямо скажем, когда хозяйствующий субъект, пусть даже такой гигант, как «Газпром», пытается решать политические вопросы и диктует с точки зрения высших политических интересов условия другой суверенной страны, то невольно встает вопрос, что это? Или командная система России, или же система хозяйствующих, руководителей, которые берут на себя уже обязанности высших должностных лиц этой страны. Конечно, это вызывает определенное недоумение, может быть, даже определенную нервозность, что тут говорить, но они вполне понятны. Когда с «Газпромом» начинаем говорить, и он выдвигает, в первую очередь, требования, которые выглядят больше политическими, чем хозяйственными, то, конечно, встают эти вопросы и вопросы недоумения. Ну что же, я думаю, что мы разберемся, Лукашенко не допустил каких-то, я бы сказал, оскорбительных высказываний в адрес и Белоруссии, и ее руководства, он высказался как руководитель страны, с точки зрения хозяина хозяйства, которое получает какие-то условия новые для того, чтобы решать свои вопросы. Ведь все рассчитывали, что к моменту наступления часа икс, т.е. расплаты за газ за полугодие, мы получим от России тот обещанный кредит.

И. МЕРКУЛОВА: Но ведь, смотрите, ведь все равно тогда Белоруссия будет платить российскими деньгами за газ, правда же, ведь получается так?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Ведь все исчисление шло в условных единицах, долларах США, заметьте, речь идет…

А. ПЛЮЩЕВ: Конечно, Ирина имела в виду происхождение этих денег, вы понимаете.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Как происхождение?

И. МЕРКУЛОВА: Кредит-то Россия дает.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Смотрите, сколько мы должны, это самое, «Газпрому», 450 млн. долларов США. Сколько мы договорились в конце прошлого года и в начале этого года, сколько?

И. МЕРКУЛОВА: Полтора миллиарда.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Полтора миллиарда долларов США. А здесь начинать гадать еще, какие там рублями, какие даже, я понял ваш, подтекст вашего вопроса, то, что, мол, получили вы же российские рубли, да, надо рассчитывать. Мы получаем все, пока идет расчет, как видите, не в российских рублях, а идет расчет в долларах.

А. ПЛЮЩЕВ: Понятно, хорошо. Тогда, знаете, какой вопрос, мне кажется, он самый главный. Мы сейчас подошли к самому главному. Какие политические требования, что это за политические требования, как вам кажется, что это за политические проблемы, которые решаются на этих переговорах?

И. МЕРКУЛОВА: Путем «Газпрома».

А. ПЛЮЩЕВ: Путем экономического давления.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Вы понимаете, договаривались руководители стран. Так?

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Переговоры вели.

А. ПЛЮЩЕВ: Да.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: И вдруг вмешивается хозяйствующий субъект, который не просто говорит, что давайте нам долги, но он ставит такие условия, скажем, отключение газа ведь, согласитесь, это не только экономический ход. Отключать газ – это значит ставить народ целой страны в ситуации, из которой есть несколько выходов.

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо…

И. МЕРКУЛОВА: Когда белорусские политики заявляют, что мы сейчас остановим транзит, это как понимать?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Я не понял, простите, вопроса.

И. МЕРКУЛОВА: Я возвращаюсь к ситуации, которая была до нового года, когда белорусские политики говорят – мы сейчас остановим, прекратим транзит через свою территорию российского газа в Европу.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Я не знаю, кто из политиков такое говорил, я вам скажу откровенно. Если говорил кто-то из тех, кто подобный из тех, кто есть и в России, что желающие ухудшить отношения, согласитесь, Беларусь тоже вынуждена будет изыскивать какие-то рычаги, чтобы противодействовать такому ультимативному поведению «Газпрома». Это потому, что мы рассматриваем эти вопросы, в большей степени, что они, в общем-то, выходят на уровень политических.

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо, каких политических целей хочет добиться Россия или «Газпром» в качестве ее представителя от Белоруссии, что это за политические цели могут быть?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Несомненно, это полностью подчинение всей экономики или, по крайней мере, главных направлений экономики Белоруссии Россией. Это вопрос и экономический, и политический, согласитесь. Кто, ведь уж не мы с вами, придумали такое заявление, что экономика определяет политику. Это естественно, что, командуя экономикой Белоруссии, можно командовать и политическими вопросами в этой стране. Поэтому здесь все главное, мы прекрасно понимаем, что очень многие объекты нашей экономики восстановлены усилиями белорусского народа, весьма привлекательно выглядят в глазах российских олигархов. Мы это прекрасно понимаем. И посмотрите, в последнее время немало сделано для того, чтобы совместно решать многие экономические вопросы. Не зря и союзный бюджет увеличился, союза двух стран, именно для развития экономики двух стран и их интеграции. Поэтому то, что сейчас делается, это делается, конечно же, я уверен, что вы, наверное, не обратили внимания, что не опубликован даже список тех требований, которые российская сторона выдвинула на уровне руководства правительства.

А. ПЛЮЩЕВ: Вы можете его обнародовать?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Нет, я не знаю. Я могу только догадываться, что это наверняка условия, которые, если не неприемлемы для белорусской стороны, по крайней мере, требуют внимательного изучения.

А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо…

Н. ЧЕРГИНЕЦ: А это уже, извините, координированные действия.

А. ПЛЮЩЕВ: Понятно.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Руководства, правительства страны и «Газпрома».

А. ПЛЮЩЕВ: И самый последний вопрос, у нас Николай Чергинец на прямой связи, председатель комиссии по международным делам белорусского парламента. Так вот, он касается вот чего, правильно ли я вас понял, что полгода назад российское руководство фактически обмануло белорусское руководство, точнее, обмануло-то оно его сейчас, полгода назад пообещало?

И. МЕРКУЛОВА: Пообещало, да, и не выполнило.

А. ПЛЮЩЕВ: И не выполнило обещания о кредите в полтора миллиарда?

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Да, конечно. Ведь мы достигли такой договоренности, была достигнута такая договоренность, которая гарантировала Белоруссии получение полутора миллиардного, в долларовом исчислении, кредита. И, конечно же, белорусские экономисты рассчитывали, что будем рассчитываться за газ спокойно, потому что кредит будет, и это позволяет использовать любые поступления дополнительные для решения других глобальных для белорусской экономики вопросов. И вдруг оказалось, что этого кредита нет. Конечно, это заставляет искать новые какие-то шаги, предпринимать новые какие-то шаги, но и в то же время просчитывать, что мы можем получить и от России в экономическом плане, это, естественно, тоже. И поэтому и президент страны Александр Лукашенко сказал, что же, будем изыскивать такие тоже, просчитывать, что мы можем получить, это уже моими словами, но смысл таков.

А. ПЛЮЩЕВ: Понятно.

Н. ЧЕРГИНЕЦ: Что мы можем дополнительно получить в свою экономику от России, что нам они тоже должны.

А. ПЛЮЩЕВ: Спасибо большое, Николай Чергинец, председатель комиссии по международным делам национального собрания Белоруссии, был у нас в эфире.

Агучаную версію можна праслухаць тут.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment